Косово провозгласило независимость. Россия поучаствовала в процессе на правах зрителя: оглушительно свистела и грозила подумать о независимости Абхазии и Южной Осетии.

У нас по вопросу непризнанных республики люди делятся на патриотов и либералов. Патриоты считают, что Косово должно входить в Сербию, а вот Абхазия — совсем другое дело. Либералы считают, что Косово должно быть независимым, а вот Абхазия — совсем другое дело.

То есть у наших патриотов и либералов взгляды на Косово и Абхазию удивительно совпадают. В том смысле, что они считают, что Косово это одно, а Абхазия — другое.

Так вот, я считаю, что это то же самое.

В обоих случаях и Сербия, и Грузия освободились от влияния СССР. В обоих случаях и Сербия, и Грузия стали проводить по отношению к своим национальным окраинам жесткую политику (война в случае Грузии, геноцид в случае Сербии). То есть обе маленькие страны решили быть маленьким СССР.

В обоих случаях власть — и в Сербии, и в Грузии — поменялась, и никогда бы нынешняя грузинская или сербская власть не стала повторять ошибок своих предшественников. В обоих случаях этот факт не имеет никакого значения.

В случае Сербии ситуация усугубляется тем, что Сербия ведет себя так уже не в первый раз.

В 1878 году Сербия получила независимость от Оттоманской Порты. Она повела себя… гм… Когда в середине ХХ века африканские колонии стали массово получать независимость и вместо рынка устраивать геноцид и диктатуру, такое поведение стало обычным. Для него нашли определение «страна-изгой». Тогда это было необычно, и нашлось определение «балканский вопрос». «Балканский вопрос» состоял в том, что страны, получившие на Балканах независимость от Османской империи, вели себя так, словно их правители избрали образцом подражания сумасшедшего султана Мурада.

К началу ХХ века Сербия, проигравшая несколько войн и выигравшая несколько геноцидов (потому что геноцид выиграть легче), стала сложным симбиозом из королевской власти и диктатуры полковника Димитриевича, главы секретной патриотической организации «Черная рука». Полковник, как и многие сербы, мечтал о создании на базе Сербии, из обломков Австро-Венгрии и Турции,  южнославянской империи Югославии.

Король Александр и королева Драга, а также их министры, не устраивавшие Димитриевича, были убиты, порезаны на куски и выброшены на обозрение толпы. Димитриевич поставил нового короля — еще не пришло время Муссолини и Хорти, и балканские димитриевичи прятались за королями.

Потом полковник решил собственными монархами не ограничиваться и, будучи назначен новым королем руководителем разведки, спланировал убийство австрийского эрцгерцога Франца Фердинанда руками дружественных боснийских террористов. (Франца Фердинанда следовало убить ради создания все той же Югославии, и это довольно характерный для спецслужб образ мыслей, когда считают, что империю можно создать терактами.)

После убийства Франца Фердинанда Австрия потребовала от Сербии ровно того же, что Британия потребовала от России после убийства Литвиненко. А именно — участия в расследовании. Сербия ответила так же, как наша Генпрокуратура.

Началась первая мировая война.

С развалом Советского блока Сербия снова обрела независимость от империи — на этот раз не турецкой, а советской. И снова, вместо демократии и рынка, новый полковник Димитриевич в лице Слободана Милошевича начал построение сербской империи. Запад испугался. Он привык к странам-изгоям где-то в районе Ливии и не хотел иметь страну-изгоя в центре Европы. Европа это уже проходила в 1914 году.

Теперь в Сербии новое правительство. Оно не собирается устраивать в Косово геноцид. Оно не любит Милошевича. На похороны Милошевича почти никто не пришел, он не более популярен, чем Гитлер в Германии.

Но косовары не верят Сербии и не хотят там жить. И новое сербское правительство платит по счетам фашиста Милошевича.

История взаимоотношений Грузии и Абхазии очень напоминает историю взаимоотношений Сербии и Косово.

Грузия в 1991 году тоже освободилась от власти империи. И тоже решила стать маленькой империей для своих многонациональных окраин. Сначала у власти в Грузии был фашист Гамсахурдиа. Потом — Шеварднадзе. Он фашистом никак не был, но он пришел к власти с помощью вооруженных отрядов «Мхедриони».

У него был выбор: либо «Мхедриони» будет разбойничать в Грузии, либо где-то подальше, и Шеварднадзе совершенно справедливо рассудил, что второе — лучше. И послал в Абхазию что-то среднее между войском и вооруженными бандитами, едущими на бэтээрах со списками цеховиков, которых можно раскулачить.

И это войско проиграло.

Сейчас Грузия стала совсем другой страной. Но поезд ушел. Грузия платит по прежним счетам, как Сербия платит по счетам Милошевича.

И — да простят меня мои грузинские друзья — я не сомневаюсь, что Абхазия станет независимой. Не сейчас. Лет через сорок. Или сто.

И, как ни странно, больше всего для независимости Абхазии делает сейчас Грузия, потому что она вкладывает в реформы, а не в войну, и потому что то государство, которое строит сейчас Грузия, не сможет позволить себе неприемлемые потери среди своих и среди мирного населения при военной операции.

А больше всего для того, чтобы Абхазия оставалась непризнанной, делает Россия, которая сажает ее на иглу пенсий и пособий и запускает в Кодори каких-то странных людей, которые там бегают с оружием и объясняют, что враг у ворот.

И я бы хотела обратить внимание вот на что. Две страны в развалившемся совке провозгласили похожие лозунги: «СЕРБИЯ ДЛЯ СЕРБОВ» и «ГРУЗИЯ ДЛЯ ГРУЗИН»

Одна потеряла полуимперию. Другая — значительную часть территории.

Подумайте о лозунге «РОССИЯ ДЛЯ РУССКИХ».