В Чечне очередной скандал: корреспондент «Комсомолки», будучи в Грозном на футбольном матче, съездил на улицу, названную в феврале Улицей 84-х псковских десантников, и обнаружил, что мемориальной таблички там уже нет. Нет и автоматчиков, которых обещал приставить к табличке Кадыров. Более того — сняли табличку власти. Якобы на ремонт.

Напомню, что рота псковских десантников, согласно официальной версии, «с 29 февраля по 3 марта 2000 года… вела неравный бой с террористами в Аргунском ущелье. Она перекрыла пути выхода бандитов из окружения и уничтожила не менее 700 из них. Десантники потеряли 84 человека, но не позволили боевикам вырваться на равнинную часть республики». Я цитирую сообщение «Интерфакса» о награждении Путиным двадцати одного десантника званием Героя России и шестидесяти трех — Орденом мужества.

Надо сказать, что на прошлой неделе, будучи в Грозном, я съездила на ту самую улицу. Я даже побилась об заклад с сопровождавшими меня чеченцами, что ни одной таблички с названием улицы там уже не будет. И проиграла пари, потому что таблички там были. А вот доски мы, натурально, уже не нашли. Вместо доски были дырки от гвоздиков. Что скандал будет, я поняла уже тогда, но сама рассказывать, что доски нет, не стала, и вот почему.

Во-первых, те, кто навязал Чечне и Кадырову эту табличку, поступили мелко и подло. Они вовсе не укрепляли связи Чечни и России — они расставляли нехитрую ловушку. Оставите табличку — значит, вам плюнули в лицо, а вы утерлись. Снимете ее — ага, так вы бунтовщики!

Во-вторых, подвига 84-х десантников, которые остановили прорыв из Аргунского ущелья двух тысяч боевиков под командованием Хаттаба, — просто не было.

Подвиг этот впервые родился 4 марта на страницах псковской газеты. Там было написано про Хаттаба, про две тысячи боевиков и про то, как рота полегла, вызвав огонь из гаубиц на себя. В дальнейшем количество боевиков только возрастало.

Судя по всему, корреспондент газеты просто не знал, что отряда в две тысячи боевиков не бывает. Такому отряду жрать будет нечего, и он будет заметен. В том и специфика партизанских боев, что группы боевиков редко превышали сто человек, а бывало и пятнадцать, и десять — этого вполне хватает для внезапной засады и мгновенного отхода.

А как только исчезает мифический «отряд в 2 тыс. человек», то исчезает и все остальное. И рассказ о том, что боевики «прорывались на равнину»: партизанам незачем прорываться через блокпост. Его куда проще обойти. И рассказ о том, что десантники «уничтожили свыше 700 боевиков». И уж, конечно, никуда не годится история о том, что десантники, три дня ведшие бой, вызвали огонь на себя. Били по ним из гаубиц. Гаубица с ее навесной траекторией бьет на 15-20 км. То есть значит: в 20 км находились российские войска и три дня не могли прийти на помощь?

Хаттаб сделал в том бою ровно то, что намеревался. Скрытно подошел с небольшим отрядом и перерезал беззащитную, брошенную в ущелье без прикрытия, почти не имеющую боевого опыта, даже не окопавшуюся роту. Увы, это было преступление, за которое надо судить командование, а не подвиг, за который надо награждать погибших.

Хотя героев в обеих чеченских войнах было довольно. Со стороны чеченцев. По сути дела, это была война героев. Иногда эти герои заодно оказывались террористами, убийцами детей и торговцами человечиной, как Басаев, иногда они по совместительству работали агентами ГРУ, как Бараев, иногда они переходили на сторону своих врагов, как Ямадаев, иногда они погибали без страха и упрека, не в силах выбрать между одной из братоубийственных сторон и фактически выбирая собственную смерть, как Гелаев.

Увы, со стороны России героев было мало. Героями не были ни Шаманов, ни Пуликовский, ни генералы, бездумно посылавшие солдат в ад, не озаботившись элементарным прикрытием. Героями не были и обрекаемые ими на смерть солдаты. Жертвами — да. Героями — нет. Никто же не назовет героями тех, кто погиб в башнях-близнецах 11 сентября.

Героями были те «альфовцы», которые шли на штурм «Норд-Оста» или брали Салмана Радуева, но почему-то российская власть любит, чтобы они оставались анонимными. Чем меньше будут помнить настоящих героев, тем легче раздавать награды липовым.

И вся история с Улицей 84-х псковских десантников оскорбительна на самом деле не для Чечни, а для России. Это история о том, что Россия ставит памятники липовым героям, потому что у нее нет — или она не хочет назвать — настоящих героев в этой войне.

И еще. Мемориальная доска в честь 84-х десантников закреплена на довольно невзрачном одноэтажном домике. Сейчас в нем магазинчик. В 1996 году там был фильтрационный пункт.

Я не знаю, нужна ли Чечня в составе России. Я не знаю, останется ли она. Но если останется — это будет благодаря деньгам и разумной политике. Это точно будет не благодаря тем орлам, которые навязали Чечне мемориальную доску в честь несуществующего подвига, приколоченную там, где оптом расстреливали чеченцев.