26 августа 2007 года президент России Дмитрий Медведев подписал Указы о признании Российской Федерацией Абхазии и Южной Осетии.

В качестве международно-правовой основы для такого признания власти России ссылаются на положения Резолюции ООН 2625 (XXV) от 24 октября 1970 года о принципе права народов на самоопределение.

Накануне с призывом признать "непризнанные республики" к президенту единогласно обратились верхняя и нижняя палаты российского парламента.

Обосновывая обращение, спикер верхней палаты Сергей Миронов, в частности, сказал, что в соответствии с действовавшим в СССР законодательством, при выходе союзной республики из состава Союза надлежало отдельно проводить референдум в республиках автономных. Если же автономные республики — Абхазия и Южная Осетия — не изъявили желания покинуть СССР вместе с Грузией, то они с тех пор являются самостоятельными субъектами международного права, независимыми государствами.

Однако возникают несколько формальных проблем.

Во-первых, спикер Совета Федерации мимоходом обосновал необходимость признания независимости Чеченской Республики. Чечня не участвовала в общесоюзных и общероссийских голосованиях, начиная с мартовского референдума 1991 года, когда ставился вопрос о сохранении СССР и о введении поста президента России, и в дальнейшем заявила о выходе из состава СССР и Российской Федерации.

Во-вторых, Резолюция 1970 года, на которую ссылаются власти России — "Декларация о принципах международного права относительно дружеских отношений и сотрудничества между Государствами в соответствии с Хартией Объединённых Наций", — вряд ли поможет обосновать признание Абхазии и Южной Осетии.

Она была, как следует из текста, принята во вполне конкретных условиях.

В разделе "Принцип равного права народов на самоопределение" Резолюции ООН 2625 (XXV) от 24 октября 1970 года содержится, во-первых, указание на то, для чего и в каком контексте она действует: "Дабы скорейшим образом покончить с колониализмом путем свободного выражения воли народов" ("To bring a speedly end to kolonialism, having due regard to the freely expressed will of the peoples concerned").

Возможно, на этот документ было бы уместно ссылаться в период распада СССР (если современные российские власти считают Советский Союз колониальной империей!) — но не семнадцать лет спустя, когда бывшие советские республики уже давно являются признанными (в том числе и взаимно!) субъектами международного права.

Ведь в последнем абзаце того же раздела чётко оговорено, для чего эта резолюция не должна быть использована: "Любое Государство будет воздерживаться от каких-либо действий, направленных на частичное или полное нарушение национального единства и территориальной целостности любого другого Государства или страны" ("Every State shall refrain from any action aimed at the partial or total disruption of the national unity and territorial integrity of any other State or country").

А следующий раздел Резолюции 2625 называется "Принцип равенства суверенитета Государств".

Иными словами, тот раздел документа должен был лишь упорядочить процесс распада колониальных империй — и только, без дальнейшего использования в межгосударственных отношениях.

Отдельный вопрос — будет ли признание независимости способствовать защите прав людей, живущих в Абхазии и Южной Осетии, в России и в Грузии.

Ведь, в конце концов, соблюдение прав конкретных людей важнее обоих принципов — как права народов на самоопределение, так и суверенитета государств.

Есть три важнейших условия, на которых может основываться урегулирование на Кавказе: неприменение силы, соблюдение прав человека, верховенство права.

А с точки зрения последнего условия, решение властей Российской Федерации о признании Абхазии и Южной Осетии представляется сомнительным, поскольку, мягко говоря, небесспорны правовые основания этого решения.

Можно, вослед Талейрану, сказать: "Это ошибка".