Итоги года
12 декабря 2017 г.
Итоги года. Лукавая мудрость Каиафы

www.tassphoto.com

Прошедший год останется в истории Русской православной церкви важной вехой: у светского общества отвоеваны два новых рубежа — в Уголовный кодекс введены поправки, предусматривающие до трех лет лишения свободы за «оскорбление религиозных чувств», а закон о защите детей от вредной информации пополнился запретом на так называемую гей-пропаганду. Некоторые эксперты полагают, что для РПЦ было крайне важно внедрить конфессиональный понятийный аппарат в правовое поле — теперь задачу можно считать выполненной.

Московская патриархия дождалась своего часа: ее многолетние старания на этом поприще (не получившая общественного признания церковная концепция прав человека, попытки провести закон о богохульстве) совпали с решительной сменой властью идеологических ориентиров. Европейские ценности у режима давно не в чести, но с активизацией оппозиции в 2011-2012 годах ставка на консервативную повестку и антизападничество стала полноценной «генеральной линией». В такой ситуации опереться на церковь как на одну из опор режима только естественно, тем более что патриарх с готовностью демонстрирует свою поддержку власти.

Попытка сорвать банк, правда, не удалась: в Конституцию «историческая роль православия» не попадет, пока, во всяком случае, против этого высказались и Путин, и Медведев. Но процесс идет — депутат-патриот Евгений Федоров не оставляет надежд внести в весеннюю сессию в Госдуму законопроект, убирающий из нашей «вассальной» (навязанной американцами) Конституции положение о том, что никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. У Федорова уже есть в запасе правильная идеология — православие, «наш флаг на ветру».

И хотя представители церковного истеблишмента слова «идеология» стараются избегать (дурной это тон, в общем-то, навешивать на церковь идеологические задачи), идея Федорова явно не вызывает у них идиосинкразии. Ну а слова всегда можно найти: реабилитированные «традиционные ценности» стали полновесной заменой скомпрометированному понятию «идеология». И прикрывающееся «традиционностью» широкое антилиберальное наступление церковного официоза выполняет, конечно, чисто идеологическую функцию. Тем более что идеологическая поддержка власти легче любой другой.

Не увенчалась успехом «дипломатическая миссия» патриарха Кирилла в Украине: украинцы не клюнули на соблазны «русского мира» и продолжают отстаивать свое право на евроинтеграцию, и даже УПЦ МП, самая «близкая» России из украинских церквей, между национальной независимостью и верностью «крещальной купели» выбирает первое.

Намерения «помочь государству» с демографией, привив россиянам вкус к «многодетности», наталкиваются на прицельные действия этого самого государства, направленные на разрушение образовательной и медицинской инфраструктуры (на селе, например, повсеместно закрываются больницы, в том числе роддома, и школы), — нельзя сказать, что в противном случае намерения привели бы к положительному результату, но в такой ситуации они воспринимаются как издевательство.

Ну а вот осудить тех, кто собирается бойкотировать Олимпиаду, поддержать блокировку «экстремистских» сайтов (правда, не от лица церкви, а от лица молодежного клуба Всемирного русского народного собора — но это никого не должно ввести в заблуждение: ВРНС — тесно аффилированная с Московской патриархией организация, а его молодежный клуб — вообще фантом, призванный, очевидно, заменить Союз православных граждан, в котором все-таки водились живые люди), приветствовать меры правительства по ужесточению мигрантской политики и прочая и прочая вплоть до призывов к гражданам не бояться называть себя русскими, а к Министерству регионального развития — озаботиться созданием русских этнокультурных центров по всей стране — это ведь никаких усилий со стороны церкви не требует.

Нет, священники, конечно, со всем удовольствием будут работать в этих центрах за государственную зарплату, если зарплата будет приличной. Капелланам вот зарплата положена явно недостаточная  — не идут священники в войска, за что церковь так долго и отчаянно боролась. Придуман хитрый ход: в священники будут переучивать военнослужащих, ушедших или уходящих в запас, то есть пенсионеров. Хочешь какую-никакую прибавку к пенсии (как правило, священники в частях состоят на должности помощника командира — замполиты, в общем), иди поучись в семинарию. Из будущих капелланов составляют особые группы и наверняка готовят, как готовили еще совсем недавно учителей основ православной культуры для школ: три-шесть месяцев — и иди наставляй. Так что есть опасность разрастания в священнической среде милитаристских настроений, и так вполне распространенных (в начале 90-х, когда священников остро не хватало, нарукополагали много отставных военных). 

Если же довольствие «этнокультурникам» окажется ничтожным, государство и без церкви справится — оно теперь с национальными духовными ценностями накоротке. Об этом как нельзя лучше свидетельствует вся риторика первых лиц государства, особенно Владимира Путина.

Такое впечатление, что речи главе государства в части «традиционных ценностей» пишут спичрайтеры из патриархии. «Духовные скрепы», призывы отказаться «от вульгарного примитивного понимания светскости», жалобы на то, что на Западе теперь от общества требуют «обязательного признания равноценности добра и зла», нападки на «толерантность» — всё это перепевы, если не кальки, высказываний патриархийного руководства. Патриархия если и не превратилась еще в идеологический отдел «Единой России», то близка к этому как никогда.

У общества такое поведение церковного официоза, похоже, вызывает настороженность. 64% граждан, согласно исследованию Левада-Центра начала 2012 года, на вопрос «Должна ли Церковь оказывать влияние на принятие государственных решений?» отвечают отрицательно: 39% — скорее нет, 26% — определенно нет («за» в общей сложности 26%). Почти половина опрошенных (48%) считают, что церковь и религиозные организации уже оказывают влияние на государственную политику «столько, сколько должно» (в общей сложности 25% склоняются к тому, что больше, чем необходимо).

Поддержка общественной морали и нравственности — вот главная сфера деятельности церкви (так считают 44% опрошенных). Привыкшим к патернализму государства бывшим советским гражданам так удобно было бы переложить на церковь заботы по воспитанию подрастающего поколения. Тюремное заключение за оскорбление чувств верующих и серьезные штрафы за гей-пропаганду одобряют 55 и 76% опрошенных соответственно. Ведь им объяснили, что все беды отсюда, и 56% населения пребывает в уверенности, что законы вызваны низким уровнем нравственности среди подростков. Законы приняты, и теперь остается совсем немного — планомерно запрещать спектакли и выставки с вредной для детей информацией (с книгами труднее — больно велик объем), разработать «правильные» компьютерные игры, чем в самое ближайшее время думает заняться Всемирный русский народный собор,  —  и нравственность сразу скакнет на недосягаемую высоту.

Представители церкви всегда с гордостью отмечали, что православие в отличие от католицизма не запятнало себя инквизицией. Но последние действия православных активистов, поддерживаемые бюрократией как церковной, так и светской, все больше напоминают «охоту на ведьм». Моральный кодекс строителя коммунизма стал посмешищем, едва успев появиться, суррогатные «традиционные ценности», спущенные «сверху» в качестве директивы, ждет та же судьба. «Они заменили истину Божию ложью и поклонялись и служили твари вместо Творца...» (Рим. 1,25).

А ведь церковь действительно могла бы воспитывать мораль и нравственность. И она это безусловно делает в тысячах приходов и общин силами сотен и сотен священников, большинство которых в отличие от протоиерея Всеволода Чаплина и Дмитрия Цорионова (или мудреца из Томской епархии Максима Степаненко, главы миссионерского отдела, который походя заклеймил всех женщин, родивших вне брака) никогда не попадут на страницы СМИ или телеэкраны. В ушедшем году Синодальный отдел по церковной благотворительности начал несколько новых социальных проектов, которые также призваны оздоровить общество: это и планы принимать в церковные приюты детей-инвалидов, и создание комплексной системы помощи наркозависимым — занимающиеся в России реабилитацией церковные организации будут объединены в единую сеть, начать решено с Москвы.

В церковной среде принято ругать светские СМИ: дескать, они крайне редко рассказывают о хорошем, а как вылезет какой-то урод вроде Степаненко (кстати, сразу же уволенный с должности), так сразу разнесут весть. Но ведь и сама патриархия выдвигает на передний край публичного пространства златоустов-киллеров вроде о. Всеволода Чаплина, сама патриархия закрывает одно из лучших и самых читаемых церковных СМИ, журнал «Нескучный сад», который давал возможность увидеть живое лицо церкви. На идеологические рывки средства есть, а на издание журнала о церковной жизни — нет. Это тоже случилось в ушедшем году.

Как и смерть отца Павла Адельгейма, погибшего от руки душевнобольного (недавно дело передано в суд, обвиняемого Сергея Пчелинцева ждет принудительное лечение). Человек бескомпромиссный, предельно ясно мысливший, отец Павел описывал современную церковную ситуацию как результат неразрешимого противоречия: права и свободы в Русской церкви «принадлежат епископу, но на него не возложена ответственность. Исполнять долг и нести ответственность обязаны все ''прочие'', но они не имеют прав и свобод». Самовластием облечены даже не епископы, а сама епископская функция. «Иисус приносит в жертву Самого Себя, — писал отец Павел. — Каиафа предлагает принести в жертву Иисуса»: «Лучше нам, чтобы один человек умер за людей, нежели весь народ погиб» (Ин.11,50). Лукавая мудрость Каиафы находит опору в уставных документах РПЦ. Теперь уже никто так не скажет вслух.

 

 

 












  • Аркадий Дубнов: Надо было дождаться последнего дня уходящего года, чтобы увидеть одно из самых символических его свершений, точнее — антисвершений на постсоветском пространстве.

  • Андрей Солдатов, Ирина Бороган: Весь прошлый год для ФСБ и других российских силовых ведомств, прошел под знаком #крымнаш и военного конфликта на Донбассе. Это выразилось в припадке шпиономании.

  • Нателла Болтянская: Один из главных итогов года уходящего — выросший выше неба уровень цинизма. То есть врут в глаза, нагло улыбаются и передергивают плечиком.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Итоги года. Мина замедленного действия
8 ЯНВАРЯ 2017 // МИХАИЛ ХОМЯКОВ
Окончание года – традиционное время подведения итогов в самых разных областях. Если говорить об экономике, точнее о российской экономике, то главным итогом стало плавное перетекание из кризиса в застой. Никакого восстановительного роста на горизонте не просматривается, и нынешняя стагнация (теперь это принято называть стабилизацией), скорее всего, выльется в новую волну кризиса. Хорошо, если это случится после президентских выборов 2018 года. В противном случае поиски «виноватых» могут вылиться в весьма неприятную кампанию, которая совпадет с предвыборной. Кто в этой кампании будет назначен виновным в народных горестях, очевидно.
Итоги без итогов и итоги с итогами
8 ЯНВАРЯ 2017 // СЕРГЕЙ МИТРОФАНОВ
Когда я только задумывал статью про итоги 2016 года, мне сначала показалось, что это будут «итоги без итогов». Ведь мы — все те, кто когда-то связал свою судьбу с либеральным проектом — находимся все там же, в том же месте и в том же кругу проклятых вопросов. Буквально как в прошлый год, как в позапрошлый. Эти вопросы: Крымнаш — Крымненаш. И как (главное!) ужиться в одной стране двум социальным партиям, которые позиционируются прямо противоположным образом. Путин «уйдет — не уйдет», то есть начнется ли назревшая трансформация режима и что (главное!) произойдет за дверью этой трансформации, возможно, что ничего хорошего. И конечно, проблема «национальной идентичности».
Итоги года. Страна вернется
7 ЯНВАРЯ 2017 // НИКИТА КРИВОШЕИН
Просьба к Снегурочке (к ней революционный экипаж прислушается внимательнее, чем к патлатому деду): прибыть на легендарный крейсер «Аврора». Ей там понравится — всё отделано заново, надраено и блестит! Водят экскурсии пионеров. Перед ними красуются безобразные старые большевики. Снегурочка уговорит матросов дать залпы отбоя того залпа, который просигналил запуск великого Октября. Первые снаряды, безвредные для людей, как нейтронная бомба, – прямо в Щукинский особняк, что на Краской площади Москвы, чтоб ни гранита, ни чучела внутри. Заодно и подельников чучела, которые у Кремля ему компанию составляют, в геенне раздолбать так, чтобы вспомнили о самокритике.
Итоги года. Церковь больше не гражданская сила
7 ЯНВАРЯ 2017 // СВЕТЛАНА СОЛОДОВНИК
В прошедшем году с Русской православной церковью произошла довольно важная метаморфоза: она перестала заявлять о себе как о самостоятельной общественной силе и почти полностью перешла к тактике доминирования в обществе за счет властного ресурса. Церковь в России не строит больницы и школы, даже не глядит в сторону подростков «из сетей» и, когда они хотят убить себя, не делает ни полшага, чтобы попытаться их остановить. Церковь в России безразлична к судьбам бедняков, неважно, употребляют они «боярышник» или нет. И начинает хоть как-то помогать им, только когда они окончательно превращаются в бомжей, да и то не всегда.
Итоги года. Блеск и нищета православного глобализма
7 ЯНВАРЯ 2017 // БОРИС КОЛЫМАГИН
Что ни говорите, а все-таки побаиваются власти — и светские, и духовные — публичного слова. Вот и митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Варсонофий на традиционном ежегодном епархиальном собрании посетовал на то, что «упадок нравственности, разные глупости и недостатки — все становится достоянием интернета. И всякий человек может приписать нам мнимые или действительные пороки». Боятся, боятся церковные топ-менеджеры обсуждения реальных проблем, как внешних, так и внутренних. Поэтому и зачищают они церковные СМИ «от либералов», от тех, кто способен развернуть и поддержать на должном уровне дискуссию. В качестве примера достаточно назвать ответственного редактора Журнала Московской патриархии Сергея Чапнина, оказавшегося не у дел.
Итоги года. «Сучий потрох»
6 ЯНВАРЯ 2017 // НИКОЛАЙ СВАНИДЗЕ
Главные события года, если высыпать из мешка, выглядят так: продолжение падения доходов населения, допинговый скандал, думские выборы, Сирия, Брекзит в Англии и победа Трампа на президентских выборах в США. Все они жеваны-пережеваны, и оценить их в целом можно как очень неважные для России и, при этом, вполне себе неплохие для Путина. Причем данная ситуация уже не представляется парадоксальной. Особняком стоит еще не отрефлексированная трагедия Ту-154. Хотя впереди Новый год, и велика вероятность, что под это дело все будет с одной стороны замято, с другой — заедено, запито и забыто.
Итоги года. Черно-белый спорт
6 ЯНВАРЯ 2017 // АНТОН ОРЕХЪ
Владимир Владимирович любит вспоминать анекдот про черную и белую полосы. Ну, так и мы, подводя итоги спортивного года, вспомним этот же анекдот. И скажем, что то, что год назад казалось черной полосой, теперь кажется, ну, не то чтобы белой, но тогда выглядело еще на так мрачно, как нынче. Впрочем, мы же помним, что белое и черное — понятия относительные. Могло быть лучше, но могло и гораздо хуже. Могли не только паралимпийцы, но и все атлеты из России посмотреть Олимпиаду дома по телевизору. А так хоть и в кастрированном составе, но поехали. И со спортивной точки зрения выступление нашей сборной в Рио было великолепным. Однозначно лучше, чем можно было предположить в приступе самого безудержного оптимизма. Собственно, это и стало единственным положительным впечатлением от спорта за весь год.
Спецслужбы: итоги 2016
5 ЯНВАРЯ 2017 // АНДРЕЙ СОЛДАТОВ, ИРИНА БОРОГАН
Прошлый год начался под знаком усиления интернет-цензуры, продолжился репрессиями против блогеров, а закончился американскими санкциями против руководства ГРУ за хакерские атаки на серверы демократической партии во время президентской избирательной кампании. На первый взгляд все это звучит не слишком радоcтно, но несколько поводов для оптимизма в будущем остаются. Для российских спецслужб год значил окончание проекта «новое дворянство» и появление новой модели работы Кремля с ФСБ и другими силовиками. Хотя создание Национальной гвардии на месте Внутренних войск МВД отражает страх Кремля перед возможными протестными акцими на фоне экономического кризиса, в целом “новые дворяне” перестали быть кадровым резервом путинской политической элиты.
Итоги года. Год сенсаций и риска
5 ЯНВАРЯ 2017 // АЛЕКСЕЙ МАКАРКИН
2016 год стал сенсационным для современного мира. Вначале «Брэксит», потом избрание Дональда Трампа президентом США, а в течение почти всего года – лидерство Марин Ле Пен во французских президентских рейтингах. Только в декабре ее обошел новый фаворит правоцентристов Франсуа Фийон. Добавим к этому трехтуровые выборы в Австрии (оказывается, такое происходит не только в Украине, но и в «старых демократиях»), которые с большим трудом выиграл системный кандидат. И поражение правительства на референдуме в Италии, вызвавшем отставку премьера Маттео Ренци.
Украина-2016: между зрадой и перемогой
4 ЯНВАРЯ 2017 // ИННА БУЛКИНА
Украина прожила еще один год в «новой политической реальности»: еще один год войны, мобилизационной экономики, низкой гривны, сокращения социальных программ и повышения коммунальных тарифов. Ровно год назад, подводя итоги 2015-го, мы писали здесь, что едва ли не главным своим положительным достижением украинская власть считала пресловутый «безвиз». В самом деле, в декабре 2015-го Европейская комиссия обнародовала положительный отчет о выполнении Украиной «Плана действий визовой либерализации», предполагалось, что уже к лету украинцы смогут ездить в Европу по биометрическим паспортам.