Хозяева страны
20 января 2020 г.
Интернет придумал Черчилль в 18-м году

ИТАР-ТАСС

Владимир Путин, в прошлом неоднократно демонстрировавший полное равнодушие к интернету, на этой неделе наконец исчерпывающе объяснил свою позицию в отношении глобальной сети. После чего стало ясно, что в ключевых вещах Владимир Путин остался все тем же офицером КГБ не слишком высокого ранга, которым он был в конце 80-х.

Напомню, что на Медиафоруме 24 апреля, отвечая на замечание «российского блогера» Виктора Леванова, что США контролируют мировой интернет, Путин заметил:

«А всё, что Вы сказали, – это полная правда, абсолютная и чистая, что называется, всё идёт через сервера, которые находятся в Штатах, всё там контролируется. Вы должны просто из этого исходить, такая жизнь, так она выстроена американцами, они делали это. Вы же знаете, всё это возникло на первом этапе, на заре интернета, как спецпроект ЦРУ США. Так и развивается... Всё остальное – это то, что вышло, так сказать, на рынок, приняло огромный рыночный оборот. Но всё равно изначально это военная программа, специальная программа, так и сидит в центре, вот эта часть спецслужб».

Точно так же, как депутат Евгений Федоров верит, что песни группы «Кино» писали в ЦРУ, потому что так ему сказали люди, служившие в КГБ в 1980 годы, так и президент Владимир Путин, который как раз и служил в КГБ в 1980-е, верит, что интернет тоже создан ЦРУ.

Получается, что есть стратегия, разрабатываемая кремлевскими чиновниками для изменения правил в глобальном интернете. Эта стратегия включает много компонентов. Это использование разоблачений электронной слежки АНБ для продвижения идей «национального суверенитета» в Сети, то есть установления границ и полной прозрачности глобальных платформ для российских спецслужб. Это подрыв позиций американских неправительственных организаций, управляющих интернетом на разных международных площадках – от Международного союза электросвязи до проходившего на этой неделе в Сан-Пауло форума NetMundial. Это местные законодательные инициативы по «приземлению» на российской территории глобальных платформ, включая Google и Facebook. Первый шаг в этом направлении был сделан как раз на этой неделе, когда депутаты одобрили закон, по которому все интернет-сервисы должны хранить свои данные на территории Российской Федерации. Наконец, это игра с предоставлением убежища Эдварду Сноудену, высшей точкой в которой стал вопрос Сноудена Путину во время прямой линии с президентом.

И наряду с этой сложной, многокомпонентной стратегией есть мнение Владимира Путина о том, как на самом деле все устроено.

Как выяснилось, в его картине мира все устроено очень просто. В ней нет деталей – поэтому нет разницы между военными и спецслужбами, нет времени – если кто-то имел к чему-то отношение 30 лет назад, значит, до сих пор в этом участвует, и нет характера отношений – если два объекта связаны, неважно, кто кого контролирует.

Пожалуй, лучше всего ошибки такого подхода очевидны на примере двух самых популярных в России конспирологических теорий. Первая утверждает, что Осама бин Ладен взорвал Башни-близнецы в 2001 году по приказу американской разведки, потому что в 80-е ЦРУ поддерживало моджахедов, которых бин Ладен тоже финансировал. Поклонники второй теории верят, что Шамиль Басаев взрывал дома в Москве, устраивал Норд-Ост и Беслан по заданию российских спецслужб, потому что в 1992 году в грузино-абхазском конфликте спецслужбы России поддерживали абхазов, на стороне которых воевал тогда Басаев.

Оперативная изощренность в сочетании с вопиющей аналитической слабостью – эту характерную черту КГБ отмечали многие эксперты по советским спецслужбам. В общем, неслучайно аналитическое управление в Комитете госбезопасности было создано только в 1989 году. До этого партийные бонзы заниматься аналитикой чекистам не позволяли и даже почитаемый в ФСБ Юрий Андропов пропускал справки КГБ через фильтр аппарата своих советников, набранных откуда угодно, но только не из спецслужб.

Удивительно, что спустя четверть века Владимир Путин остается верен традициям своего ведомства. Проблема в том, что андроповского фильтра у него нет.


Фото ИТАР-ТАСС/ Алексей Дружинин / Михаил Метцель













  • Николай Сванидзе: Мы видим стратегическую дестабилизацию власти в стране: она всё время подтачивается под одного человека, но этот человек конечен.

  • РИА Новости Крым: Из слов президента складывается впечатление, что Госсовет может стать своего рода третьей палатой парламента... Возможно, Госсовет станет своего рода ЦК или даже Политбюро.

  • Лев Рубинштейн: Я так понимаю, что любая организация, которую станет возглавлять П., автоматически становится самой главной?

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Я не устал! Я не мухожук!
16 ЯНВАРЯ 2020 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Помните, была такая частушка: «Встал я утром — здрасьте! Нет советской власти! Вот она, вот она»… Ну, и так далее. Главное достижение путинской администрации за двадцать лет — полная герметичность. В прекрасные ельцинские времена мы бы уже за две недели все знали — у меня бы давно телефон вскипел от сливов. Нынче — сюрприз вселенского масштаба…  Наша медийная песочница взорвалась: аналитики анализируют, обозреватели обозревают, корреспонденты корреспондируют, а политологи и обозревают, и анализируют, и даже корреспондируют! Ну, помолясь, и мы приступим (что, мы хуже других?)…
Прямая речь
16 ЯНВАРЯ 2020
Николай Сванидзе: Мы видим стратегическую дестабилизацию власти в стране: она всё время подтачивается под одного человека, но этот человек конечен.
В СМИ
16 ЯНВАРЯ 2020
РИА Новости Крым: Из слов президента складывается впечатление, что Госсовет может стать своего рода третьей палатой парламента... Возможно, Госсовет станет своего рода ЦК или даже Политбюро.
В блогах
16 ЯНВАРЯ 2020
Лев Рубинштейн: Я так понимаю, что любая организация, которую станет возглавлять П., автоматически становится самой главной?
Время в котором стоим
15 ЯНВАРЯ 2020 // АЛЕКСАНДР ЧЕРКАСОВ
Новости 15 января 2020 года – анонсированные Путиным изменения в Конституцию и объявленный Медведевым роспуск правительства – вызвали в обществе реакцию, пожалуй, слишком бурную. Такое впечатление, что одних эта отставка непременно затронет. Хочется спросить: «Что? Как? Предложат министерскую портфелю?» Другие провозглашают конституционный переворот, изоляцию, отмену прав и свобод и, вслед за Гомером Симпсоном, возносят клич «Мы все умрем!». Да неужели?
Новогодние подарки от власти
27 ДЕКАБРЯ 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Прокурор Сергей Семеренко, вероятно, встретит Новый год дома, в кругу семьи, и, возможно, будет считать завершение уходящего 2019 года удачным, а свой статус государственного обвинителя по делу «Сети», о котором проинформирован президент России Путин, венцом своей карьеры. Накануне Нового года прокурор Сергей Семеренко потребовал семерым подсудимым по делу «Сети» от 6 до 18 лет лишения свободы. В том числе Дмитрию Пчелинцеву и Илье Шакурскому — соответственно 18 и 16 лет в колонии строгого режима. Дело «Сети» — одно из наиболее чудовищных проявлений произвола спецслужб и судебной системы путинского режима.
Прямая речь
27 ДЕКАБРЯ 2019
Николай Сванидзе: Власть к концу года внушает всё больше пессимизма, а общество – всё больше оптимизма. Власть... дистанцируется от законов и действует произвольно, а общество... всё больше пытается сопротивляться.
В СМИ
27 ДЕКАБРЯ 2019
Новая газета: Гособвинение попросило назначить наказание для обвиняемых по делу «Сети» (признана террористической и запрещена в России) от шести до 18 лет в колонии строгого режима...
В блогах
27 ДЕКАБРЯ 2019
Александр Морозов: Поскольку в стране "гонка репрессий" и каждый 25-летний ФСБэшник рвется по карьерной лестнице - то стряпаются чудовищные дела, с нарушением всех процессуальных норм...
Один день из жизни Владимира Владимировича
20 ДЕКАБРЯ 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Вечер 19 декабря Владимир Владимирович собрался провести в Кремле, среди своих. В кругу новых дворян, которые составляют опору его режима. Только успел поздороваться с директором ФСБ Бортниковым и директором СВР Нарышкиным, как сообщили, что на родное ведомство совершено нападение, есть убитый сотрудник ФСБ и раненые. Нападавший, естественно, убит. Владимир Владимирович, конечно, понял, что это привет лично ему. В голове сбились в кучу тревожные мысли: «Возможно, у убитого стрелка были сообщники, а от Лубянки до Кремля совсем недалеко. В зале всего шесть тысяч чекистов плюс охраны еще тысяч десять. Можем не отбиться. Неужели конец?».