Что делать?
01 декабря 2020 г.
На чем держится коррупционная вертикаль? Опыт Румынии
17 ИЮНЯ 2019, ПЕТР ФИЛИППОВ

ТАСС

Дайджест по материалам прессы

На Земле живут разные народы с разной культурой. У китайцев и корейцев в культуре конфуцианская традиция — ходить к начальству с подарком, чего не приемлют финны. И финны, и шведы странным образом считают, что раз чиновники — госслужащие, то должны служить своему народу, а не собирать с него дань. Идеалисты!

Современные россияне так не считают. Они по своей культуре ближе к средневековью. Сбор дани представителями власти с предпринимателей или  простолюдинов для них норма. И раздача приближенным к власти олигархам многомиллиардных заказов из казны по завышенным ценам — тоже норма. Да и они сами, нарушив правила дорожного движения, предпочитают откупиться от гаишника — не оставаться же без прав.

И силовики-опричники, разгоняющие малочисленные демонстрации протеста и не несущие наказания за грубое насилие, — тоже для нас норма. Не хочешь неприятностей — сиди дома и помалкивай. Не твое это дело — порядки в российском государстве устанавливать. На то Путин есть! Так жили и мыслили раньше, при царях и большевиках, так живем и сегодня. Реальная власть народа, республика, — это фантазия для большинства россиян. Они уж точно знают, что от них самих ничего не зависит. Вся надежда на доброго царя, который наведет порядок, обидчиков накажет и всех нас облагодетельствует! 

Выходит, мы по своей подданнической культуре никак не похожи на шведов, финнов, чехов или армян. Тогда, может, стоит поучиться у соседей? Например, у населения соседней Румынии, которое столько лет жило под гнетом диктатора Чаушеску и его силовиков? А сегодня Румыния — пример для стран Восточной Европы! Уже к 2016 году она достигла 58-го места в индексе восприятия коррупции Трасперенси интернейшнл. Это был несомненный успех. Как удалось его добиться?

Прежде всего сказалась политическая воля реформаторов. Румыния в 2004 году была намерена вступить в Европейский союз. Однако широко распространенная в стране коррупция была главным для этого препятствием. Особенно коррупция среди высокопоставленных чиновников и бизнесменов. Распространены были не только взятки, но и уклонение от налогов.

Тогда по опыту других стран был создан специальный орган с большими полномочиями — Национальное антикоррупционное управление (DNA). Ему поручили бороться с коррупцией среди топ-чиновников, а также вести дела на сумму от 2 млн евро. Новое ведомство взяло на себя функции обычной полиции, а также прокуратуры.

Наличие такого органа очень раздражало правительство и политические партии. На протяжении 12 лет они несколько раз пытались изменить законодательство. Последний раз в начале 2017 года такую попытку предприняли социалисты. Они планировали принять акт о помиловании для коррупционеров, а также внести изменения в криминальный кодекс. Это делалось с целью освобождения из тюрьмы лидера социалистов Ливиу Драгня.

Но румынское гражданское общество одержало победу, вынудив правительство отказаться от постановления об амнистии коррупционерам. Таких массовых демонстраций страна не знала с момента падения режима Чаушеску в 1989 году. Число протестующих достигло 500 тысяч — на площади Виктория в центре Бухареста у здания правительства собралось до 300 тысяч человек, а в крупных городах — десятки тысяч. Причиной демонстраций стало, в том числе, решение правительства во главе с Сорином Гриндяну внести изменения в Уголовный кодекс, чтобы декриминализировать нанесение ущерба государства на сумму меньше 48 тыс. долларов и амнистировать уже сидящих в тюрьме за подобные преступления.

Главную скрипку сыграли обычные граждане, сплотившиеся против инициативы, угрожающей похоронить имидж страны, где успешно ведется борьба с коррупцией. Против решения правительства выступил президент Клаус Йоханнис, а также оппозиционные партии. 

Обладающая большим авторитетом Румынская православная церковь призвала враждующие стороны к диалогу, но подчеркнула: «Борьба против коррупции должна быть продолжена и виновные должны быть наказаны, потому что воровство разрушает общество в моральном и материальном отношении».

Еще 10 лет назад такие массовые протесты в Румынии было трудно себе представить. Но участие общества в борьбе с коррупцией и произволом — решающий фактор модернизации страны. Очень важно, что теперь граждане пристально следят за деятельностью политиков. И в случае необходимости всегда готовы к массовым протестам. Народ в Румынии считает себя главным не только в соответствии с текстом Конституции, но и по жизни.

Для успешной борьбы с коррупцией нужна юридическая и финансовая независимость антикоррупционных органов. В Румынии есть два таких главных независимых органа. Первый — то самое Национальное антикоррупционное управление ( DNA). Все коррупционные дела находятся в его руках, что уберегает от утечек информации. К тому же в DNA собрались лучшие кадры, как из прокуратуры, так и финансовые, и IT-специалисты.

Все, кто хотел работать в DNA, проходили не только профессиональные, но и психологические тесты с целью выяснить — может человек попасть под политическое влияние или нет. Такие тесты проходили все кандидаты, и найти нужных людей удалось. Например, после разговора с Даниэлем Морарем психолог сказал, что этот человек — как камень и не поддается никакому влиянию. Морарь стал вторым руководителем антикоррупционного управления. 

Второй орган — Национальное агентство по вопросам добродетели. Оно специализируется не на коррупции как таковой, а на конфликте интересов. Специалисты агентства детально изучают декларации всех государственных чиновников. Это касается не только президента или премьера, но и работников полиции, таможенников, а также членов совета правления больших корпораций. Всего декларации подают 300 тысяч человек. Они указывают не только свое имущество, но и имущество родственников, а также прилагают выписки по банковским операциям. Каждый документ около 10 страниц. 

Любой гражданин Румынии может изучить декларацию чиновника. Если он находит несоответствие, то может потребовать через суд, чтобы такое имущество было конфисковано. И люди требуют!

Однако, чтобы такая система существовала, очень важно обеспечить ее независимость. Как финансовую, так и юридическую. Поэтому в Румынии Национальное антикоррупционное управление финансируется из государственного бюджета через генеральную прокуратуру.

Нужен независимый от исполнительной власти суд. И он в Румынии есть!

За 12 лет существования Национального бюро расследований суды вынесли 900 обвинительных приговоров. Всего в тюрьме сейчас находятся полторы тысячи топ-коррупционеров. Среди них и брат бывшего президента страны Траяна Бэсеску, Мирча. Кроме того, удалось посадить 6 министров, а также бывшего премьера страны Адриана Настасе. В тюрьме сидят и многие судьи и мэры городов. 

А ведь поначалу люди боялись проявлять инициативу и вести собственные расследования коррупционных деяний высокопоставленных чиновников. Судьи также не спешили рассматривать такие дела, в результате многим удалось избежать наказния. Однако потом все же удалось изменить работу судов и посадить самых злостных коррупционеров сразу по двум статьям — за коррупцию и за попытку избежать ответственности.

Поэтому очень важно добиваться, чтобы дела о коррупции рассматривались именно  в судах, а суды были честными и независимыми от исполнительной власти. И рассматривали дела без долгих проволочек. Сегодня в Румынии от момента открытия уголовного дела до окончательного решения проходит где-то год. И это в уголовном процессе! 

Очень важно предусмотреть, чтобы государство могло вернуть украденное имущество. Для этого существует институт гражданской конфискации. Особенность его в том, что в нем нет обвиняемого. Человеку не нужно оправдываться. Он только должен доказать, что этот дом или деньги принадлежат ему. Этот институт активно используется в Великобритании, Румыния взяла с нее пример.

Интересно, что, по данным статистики, в Румынии всего лишь 10% подозреваемых в коррупции являются в суд, чтобы доказать свое право на имущество. В большинстве случаев оно законно возвращается в собственность государства.

На  примере эффективной борьбы с коррупцией в Румынии хорошо видно, что опорой коррупционной вертикали — неотъемлемой части авторитарных режимов — служит именно подданническая средневековая культура народа. Пока в ней не произойдет изменений, власть останется нашим коррумпированным захребетником. Объясняйте это друзьям и коллегам — этим вы поможете нашему обществу сделать шаг в правильном направлении!


Фото: 03.03.2019. Антиправительственная демонстрация в Бухаресте против изменений системы румынского правосудия. ROBERT GHEMENT/EPA\TASS












РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Единый день голосования в Америке. Экономно, оптимально и демократично. А в СНГ?
23 ОКТЯБРЯ 2020 // ВАЛЕНТИН МИХАЙЛОВ
3 ноября — день выборов президента США. Среди многочисленных особенностей у американских выборов есть одна, которая в России остается в тени, не вызывает вопросов и обсуждения. В этот день будет избираться не только президент! Будут переизбраны весь состав Палаты представителей, треть Сената, губернаторы в одиннадцати штатах, члены парламентов штатов в 86 из 99 верхних и нижних палат, члены верховных судов в 35 штатах, будут проведены штатные референдумы и много разнообразных местных выборов.
Можно ли жить достойнее?
18 ОКТЯБРЯ 2020 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Речь идет не о богатстве предпринимателя, согласного дать взятку чиновнику ради своих привилегий на рынке, и не о доходах чиновника, готового оградить взяточника от конкурентов, а об уровне жизни простых россиян, повысить который можно, только блокируя такие сделки. Уровень жизни народа во все времена зависел от сложившихся в стране отношений власть имущих и простых людей.
Время выбирать
28 СЕНТЯБРЯ 2020 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Юноше, обдумывающему житье, решающему, какую карьеру делать, советую хорошо подумать, совпадают ли его собственные представления о добре и зле со взглядами начальства. Чтобы   интересы начальства не противоречили его совести. Обращаясь к людям, наше начальство очень любит называть себя «государством». Дескать, критикуя нас, вы выступаете против «государства»! На самом деле, «государство», как его определяет толковый словарь русского языка, — это всего лишь «политическая форма организации общества». Государство — это абстракция, это добровольно-принудительное соглашение. Соглашение, к которому людей принуждают те, кто обладает силой и влиянием. Соглашение, которое остальные принимают, полагая, что принять его надо. Иначе убьют или посадят.
Белоруссия 2020 и Перу 2000
25 СЕНТЯБРЯ 2020 // ВАЛЕНТИН МИХАЙЛОВ
Страны с авторитарным режимом по своему месту на карте и культурным традициям могут быть разными, но их судьбы можно описать одними и теми же словами. Проводить параллели. ПЕРУ. Тридцать лет назад, в апреле 1990 года, в первом туре выборов президента Перу Альберто Фухимори, малоизвестный ректор аграрного университета, удивил многих. Он неожиданно занял второе место, немного уступив Марио Варгасу Льосе, самому известному писателю страны, будущему нобелевскому лауреату по литературе (2010), который в 1975-м был избран президентом международного ПЕН-клуба и которого элита страны просто обожала.
Выборы и федерализм в США. Какая связь?
14 СЕНТЯБРЯ 2020 // ВАЛЕНТИН МИХАЙЛОВ
В России есть традиция каждые четыре года высмеивать Коллегию выборщиков – существенный элемент американских выборов. Скоро придет новая волна обсуждения этой темы. Можно не сомневаться, что выскажутся десятки экспертов и мы снова услышим упреки в недемократичности американской избирательной системы. Главный недостаток критики видят в том, что кандидат, получивший большее число голосов на всеобщих выборах, может и не стать победителем. Так было всего пять раз: три раза в 19 веке и два раза в этом.
Наша культура и наша коррупция. Сравним Россию со Швецией
4 СЕНТЯБРЯ 2020 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Сегодня жители всех стран носят европейские одежды. Но по отношению к власти, к своим неотъемлемым правам, по способности отстаивать свои интересымногим далеко до европейцев. Некоторые народы живут в условиях современных феодальных или, как говорят политологи, «естественных» государств, в которых указание начальства важнее закона, выборы — бутафория, а статья конституции, гласящая о том то, что народ есть источник власти, — фикция. В этих странах иные обычаи, иная этика. 
Ухабы на пути к правосудию
27 АВГУСТА 2020 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Дайджест по публикациям СМИ Нужен ли нам справедливый суд? Независимый от президента, министров, полковников и генералов? Большинство россиян ответят: нужен! Впрочем, так скажут далеко не все. У обывателя с совковой культурой всегда теплится надежда, что судебные дрязги его минуют. Он знает, что в России распоряжение начальства важнее закона. Ему нужно, чтобы начальство к нему хорошо относилось, а без независимого суда он и так проживет. Но жизнь наша усложняется. Развитие бизнеса, рынок, глобализация вынуждают россиян уходить от современных феодальных порядков.
О тупике кланового капитализма
24 АВГУСТА 2020 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Протесты в Хабаровске и в Беларуси свидетельствуют, что постсоветские общества переходят на новый этап своего развития. Общества атомизированные, пораженные страхом, сменяются обществами солидарными. И у этих новых обществ, похоже, иные цели. Конечно, это уже не восстановление империи СССР и не противостояние с развитыми странами Запада. Это переход к реальному народовластию, обеспечение неотъемлемых прав граждан, в том числе права на честные выборы. Это наличие независимого и справедливого суда, реальные гарантии прав собственности. И все же важнейшим для многих остается вопрос об уровне их жизни.
Аресты губернаторов и реальность нашего федерализма
17 АВГУСТА 2020 // ВАЛЕНТИН МИХАЙЛОВ
Губернатора Хабаровского края Сергея Фургала задержали  восьмого июля.  Сразу же в городе начались протесты  и продолжаются уже более месяца. За что и против чего выступают хабаровчане? Ясно, против задержания Фургала федеральными властями. Но с другой стороны, протестующие фактически защищают один из основных принципов федерализма - разделение властей между субъектами федерации и федеральным центром. 
Клановый российский капитализм. Часть 2
6 АВГУСТА 2020 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Дайджест публикаций Леонида Косалса Кланы в современной России ведут свое происхождение с советских времен. Тогда неформальные отношения существовали на всех уровнях, снизу доверху, от заводского цеха до Политбюро. Эти многочисленные «тайные общества» были полностью закрыты для посторонних. Если «толкач» с одного завода ехал на другой, чтобы добыть дефицитный металл для простаивающего станка, то информация о том, сколько это стоило, кому именно пришлось оказать услуги или заплатить, не должна была «утекать» посторонним, так как это создавало реальную опасность попасть под пресс государства с лишением партбилета, открытием персонального или уголовного дела и другими репрессиями. Закрытые сообщества исполняли роль своего рода защитного механизма, который помогал человеку выжить в репрессивном государстве.