КОММЕНТАРИИ
В Кремле

В КремлеПастух для тощих коров

1 ФЕВРАЛЯ 2008 г. ЛЕОНИД РАДЗИХОВСКИЙ

ej.ru

Статья моего анонимного собеседника г-на Суварина заканчивалась весьма банальным по нынешним временам прогнозом: нефтетанкер «Россия» летит на скалы. «Все погибло, шеф! Гипс снимают, клиент уезжает!» Впрочем, тривиальность прогноза — не в укор. Наоборот, такие прогнозы иногда оказываются самосбывающимися: «идея, овладевшая массами, становится материальной силой». Паническая идея — тем более.

Тем не менее, точный диагноз покажет лишь вскрытие. Сегодня же разброс мнений огромный. Одни советуют выводить деньги из США и вкладываться в развивающиеся рынки, другие — выводить с развивающихся рынков и вкладывать в США. Одни говорят про кризис 1987 года, а другие аж про 1929 год, третьи же считают, что слухи о крахе сильно преувеличены. Не буду увеличивать эту энтропию оценок — не в силу своей полной экономической неграмотности (по моим скромным наблюдениям, экономические публицисты — такие же точно «специалисты», как политологи), а просто у меня своя сфера шарлатанства. И смысла ее менять пока что не вижу.

Итак, станет ли экономический кризис (в случае, если он все-таки случится) политическим кризисом-крахом «путинской системы»?

На чем основана легитимность действующей власти в глазах общества?

На том, что Путин, Дума, а теперь и Медведев избраны в соответствии с легитимной процедурой и победили в ходе честной конкуренции?

Нет. Во-первых, в России всегда достаточно равнодушно относились к процедурным вопросам. Во-вторых, вопиющее издевательство над смыслом выборов очевидно практически всем. Просто всем это — безразлично, см. пункт один.

На личной харизме Путина? Отчасти. Но, во-первых, харизма — не ядерный чемоданчик, не передается новому президенту и даже не факт, что она способна к переезду вместе с Путиным из Кремля в Белый дом (если Путин становится премьером всерьез и надолго). Во-вторых, значение этой харизмы я бы тоже не преувеличивал — стоило Путину отречься от третьего срока, как стон и крик великий сразу кончились, как отрезало. Где же бездонная, как море, любовь народная? Что-то ее не видно.

Аура трона? Есть такое, кто ж спорит. Да только Ельцину эта аура гвоздями в седалище почему-то впивалась! Так что и тут преувеличивать не нужно. 

Между тем легитимность власти Путина есть — и легитимность АБСОЛЮТНАЯ. Все наскоки оппозиции, как об стенку горох. Да что там бессильная оппозиция, кто ее вообще в упор увидит! Но и просто в человеческом разговоре убеждаешься, что люди «нормально относятся» к Путину — хоть, понятно, и без слезливой ТВ-любви «сервильного цирюльника».

Так в чем же дело?

Только бизнес — почти ничего личного!

Существует негласный, но всем понятный общественный договор.

Путина любят, как талисман на счастье, как залог УСПЕХА.

«Нам по фигу, как он пришел к власти, как он там «переизбирается», кого избирает «преемником», какие там и у кого взятки, нарушения закона и т.д. Сажают Ходора — спасибо, не сажают Рому. Не наши это проблемы. Нам по фиг. Нас волнует одно: мы выдали власти, Путину кредит доверия. КРЕДИТ В РОСТ, кредит под рост экономики и уровня жизни. Как этого добивается Путин — шаманствует, к примеру, при Луне, или Кудрин чего-то по науке мудрует — не наша печаль-забота. Мы вам — голоса, вы нам — рост экономики. Справедливо? Да. В конце концов — это же и есть цель всех правителей, да? Одни этого добиваются «демократическими процедурами», другие — приемами недемократическими. Главное — добивается и все тут».

Итак, легитимность Путина — ЛЕГИТИМНОСТЬ УСПЕХА.

Ну-с, а если успеха больше не будет? 

Исчезает легитимность власти!

Тут-то и сказывается все коварство формулы «нас не интересует КАК, нас интересует РЕЗУЛЬТАТ».

Самая раздемократичнейшая американская власть ляпает — видимо — кучу грубых ошибок. Если экономический спад и имеет объективную природу — против синусоиды не поспоришь — то, во всяком случае, большие расходы, дефицит бюджета и т.д., это уж точно относится к сознательным действиям Администрации. Но как бы низко общество не оценивало политику Белого дома, эта критика всегда зажата в тиски несомненной ЮРИДИЧЕСКОЙ ЛЕГИТИМНОСТИ власти.

«Умен иль глуп — сами выбирали, сами виноваты, сами изберем нового». В обществе может быть глубокое разочарование, моральный кризис, но не кризис ЛЕГИТИМНОСТИ.

В России же страховка легитимностью — не сработает. Мы поддерживали власть, пока она давала нам успех. А когда это кончилось — извини-подвинься! И вот тут можно «вспомнить все» — и коррупцию, и отсутствие правосудия, и бесчестные выборы («мы не выбирали, нас развели!») и…, и…, и…

Конечно, беспощадно вытаптывая поляну, отсекая ЛЮБУЮ возможность для существования организованной оппозиции, власть многократно увеличивает тактические удобства своей жизни «здесь и теперь», но и свои стратегические риски — в случае кризиса. Сама создает КЛАССИЧЕСКУЮ, всем известную ловушку. Пока в ловушке есть сыр, все чудесно — народ, как крыса, охотно лезет туда и прекрасно себя «за решеткой» чувствует. Пока сыр подвозят и меняют.

Но, не дай Бог, кончился сыр — и в ловушке оказываются САМИ КРЫСОЛОВЫ! Проверено всей историей Европы последних 200 лет, как минимум.

Если взять ближайший исторический пример — 1998 год.

Легитимность Ельцина вообще держалась на честном слове да на гнилой нитке. И когда бахнул кризис, мы могли «улететь под фанфары» в 1993 или 1991 год.

Но тут на помощь пришла опять же ЛЕГИТИМНОСТЬ ПРОЦЕДУРЫ. Какая-никакая Дума — все-таки «другая ветвь» власти. Тогда она и правда была ДРУГОЙ — не подчинялась Администрации напрямую и тем самым сослужила Ельцину незаменимую службу.

Дума повела себя как ответственная сила — со своей спасительной трусостью не стала валить власть (даже расследовать причины дефолта и то не посмели!), а бросила Ельцину спасительный круг — Примакова. За дефолт расплатились правительством Кириенко, а когда Примаков протянул время и как-то немного успокоил общество, то острота ситуации снялась, экономика стала (в общем-то, сама собой) подниматься, а Примакова вышвырнули. Дальше «подвернулась» Вторая чеченская — ну и остальное уже стало делом техники.

Если после того как Медведев официально вступит в должность, мировой кризис обострится (а это, понятно, ни от кого не зависит — разве что от козней американского империализма), то Стабфонд полетит в топку и сгорит в миг (ведь он ценен лишь ПСИХОЛОГИЧЕСКИ — как символ уверенности, не более того), а дело дойдет до истинно неприятных решений. Для общества это будет значить не просто «затягивание поясов». Появится острое, нестерпимое ощущение ОБМАНА (от Ельцина ни черта и не ждали, так и обмана не могло быть), это будет чувство «супружеской измены»: власть нарушила свои негласные обязательства «поднимать с колен». Ни на какие 1990-е это, понятно, не спишешь, как и на «заговор олигархов» или на агрессию НАТО и прочих марсиан…

КТО виноват? Правительство. А премьер-то… ПУТИН!

Так «кто заплатит за неудачу»? Это уж не Кириенко…

Найти нового, авторитетного премьера — не фокус. Любой сильный губернатор (Ткачев, Хлопонин) или министр (Козак, Трутнев) сгодился бы. Но у власти будет несколько проблем.

Самодовольное и самоуверенное общество, привыкшее к халяве, получив экономический нокдаун, впадает в ярость, ищет виноватых.

Самодовольная и самоуверенная власть, привыкшая к халяве, получив нокаут, впадает в ступор, ищет куда, за кого спрятаться.

Надо развернуть политическую машину, с которой долго и любовно снимали тормоза — развернуть ее на полном ходу.

А смена премьера Путина и означала бы смену всей парадигмы власти, прощание с 2000-ми – при том, что другой «моральной отмазки» у власти нет. Причем, президент, «избранный Путиным», в этой ситуации все равно остается легитимным — он легитимирует себя как раз этим самым провозглашением «нового курса». А вот каким способом легитимируют свою власть (власть над госсобственностью) другие «путинцы»?   

Революция? Никто заранее этого сказать не может. Но прыжок под куполом цирка без страховки, после сытного обеда с коньяком — это факт. Занятие не самое… удобное.

 

Отчетливо видна стратегия «избирательной кампании» Медведева — без малейших усилий, без тени препятствий, практически без трения, со спокойным сиянием успеха, равномерно-прямолинейное движение (не отличимое от состояния покоя) прямо к финишу.

Если такова и вся стратегия дальнейшего «плавного социально-экономического развития», то это… чересчур оптимистично.

После 2 февраля Медведев опубликует свою предвыборную программу. Не хотелось бы выступать в стиле «не читал, но гневно осуждаю». Наоборот! Не читал, но горячо приветствую. Без шуток. Уверен, судя по его речам, что там будет и центральный тезис про «правовое государство», и много либеральных экономических идей — причем, вполне возможно, что для Медведева все это не просто упражнения в риторике, что он вкладывает в это определенный смысл. Могут там быть и конкретные отсылки к угрозе мирового экономического кризиса (хотя это уже менее вероятно). И уж во всяком случае, чего там точно не будет и не может быть, так это слов «авось обойдется — где наша не пропадала! Обойдется, кривая вывезет…».

Все так. Но ведь идеологические ДЕКЛАРАЦИИ и готовность политически действовать, наступая на разные пятки и носки (и народа, и номенклатуры) — совсем-совсем разные вещи. И вполне возможно, что реальное настроение президента Медведева далеко не такое «собранное и напряженное», каким стоило бы ему сегодня быть. Да, он «все знает», но упругости среды не чувствует. НЕ МОЖЕТ ЧУВСТВОВАТЬ — в отсутствие обратной связи, в отсутствие всякой ПОЛИТИЧЕСКОЙ конкуренции (подковерные интриги — не предлагать). А уж у правящего класса настроение точно совсем иное. Хищное — тактически, фаталистически-расслабленное — стратегически. «Не парься — обойдется. И не зевай — другого случая не будет».

Хорошо, конечно, коли будет возможность еще хоть четыре года прокайфовать так, спрятав голову в нефтедолларовую подушку.

Я как мирный обыватель и конформист, которому не нужны ни великие потрясения, ни великая Россия, а только минимальный комфорт и безопасность — обеими руками «за».

Но меня не спросят. Боюсь, что и никого другого тоже.

И если пастух, который шел, чтобы благодушно смотреть, как будут тихо пастись жирные коровы, вдруг окажется перед гневным стадом тощих голодных коров, то…

Не завидую пастуху. Но себе — испуганно-гневно мычащему, тощему, среди таких же, нервно стукающихся рогами друг об друга — не завидую еще больше.

А повязаны с пастухом мы — одной веревочкой. 

Обсудить "Пастух для тощих коров" на форуме
Версия для печати
 



Материалы по теме

Медиафрения. «Нобелевка докатилась!», или «Киселев в шерсти» // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Унылое «ничто» на троне // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
В СМИ //
Выход царя к народу // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Как исчезла магия // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
В СМИ //
Прямая речь //
Россия как символ тревоги // ГЕОРГИЙ САТАРОВ
В СМИ //