Итоги года
21 июня 2018 г.
Итоги года. Рождественская история
3 ЯНВАРЯ 2014, МАКСИМ БЛАНТ

ИТАР-ТАСС

Уходящий год оставляет весьма неоднозначное ощущение, сродни тому, что бывает, когда послушаешь страшную рождественскую историю со счастливым концом. И дело не только в неожиданном, на грани чуда, освобождении Михаила Ходорковского. Не только в освобождении Марии Алехиной и Надежды Толоконниковой, амнистии части фигурантов «болотного дела» и активистов «Гринпис» — событиях ожидавшихся, но оттого не менее радостных. По количеству как вполне реальных, так и надуманных угроз, реализация каждой из которых чревата была весьма серьезными последствиями, а то и вовсе экономическим коллапсом в мировом масштабе, 2013 год побил все рекорды.

Однако европейский валютный союз так и не распался, а к концу года экономика Германии окрепла настолько, что позволила надеяться на то, что в следующем году немецкий локомотив вытащит зону евро из затяжной рецессии. И если все будет развиваться в том же русле, можно констатировать, что в минувшем году в европейском долговом кризисе произошел перелом к лучшему.

Битва между республиканцами и демократами в американском Конгрессе так и не привела к полномасштабному политическому кризису, дефолта по американскому госдолгу не случилось, а случилось (опять же в самом конце года) еще одно маленькое чудо — непримиримые противники достигли компромисса и приняли бюджет. Сокращение бюджетных расходов оказалось не столь фатальным для экономики США, и рост к концу года ускорился. Что дало повод сверхосторожному главе ФРС Бену Бернанке начать сокращение программы экстренного стимулирования экономики. Так что о переломе можно говорить и в отношении к Новому свету.

Про две неслучившиеся войны — в Сирии и Иране, — которые в какой-то момент казались абсолютно неминуемыми, и говорить нечего. Понятно, что воевать никто не хотел, прекрасно отдавая себе отчет, к каким катастрофическим последствиям (особенно если говорить про Иран) это может привести, но подобные вещи редко кого останавливают. Еще более удивительным выглядит тот факт, что существенное ослабление напряженности на Ближнем Востоке не привело к обвалу мировых цен на нефть, который прогнозировался многими аналитиками после того, как «военная премия» станет неактуальной.

Одним словом, к концу года драматизм ситуации сменился робким оптимизмом. По крайней мере, за пределами России. У нас тоже вполне уместно говорить о переломе, вот только ни к чудесам, ни к оптимизму этот перелом не располагает. И перелом этот был не одномоментным, а растянулся он на весь год, который для экономики стал худшим с кризисного 2009-го. За минувшие 12 месяцев серьезно изменились умонастроения в правительстве, в экспертном сообществе, у инвесторов и населения. Даже по официальной риторике и экономической дискуссии это видно.

Вот, к примеру, давно ли мы слышали такое словосочетание, как «модернизационный прорыв»? А «государственно-частное партнерство»? А «инновационная экономика» или «социально-ориентированное государство»? По нынешним временам в приличном обществе за «модернизационный прорыв» и помидором могут кинуть, а в неприличном и лицо пострадать может. Что же до «государственно-частного партнерства», то после фантастических масштабов воровства в Сочи нужно обладать полным отсутствием либо совести, либо мозга, чтобы произносить эти слова. То есть теми же качествами, которые заставляют утверждать, что пенсионная реформа, на которой государство надеется сэкономить десятки миллиардов рублей, приведет к повышению пенсий. Так что для российской экономики 2013 год стал годом утраченных иллюзий. Пожалуй, единственный, кто продолжает играть записного оптимиста, на голубом глазу верит в выполнимость «майских» указов и требует их исполнения — это их автор, Путин. Завидное упорство. Его бы — да в мирных целях.

Переломным для страны год стал и в другом, еще менее приятном смысле. Все предыдущие годы, наблюдая растущие в геометрической прогрессии масштабы воровства либо невероятно неэффективного использования ресурсов, я не уставал удивляться богатству страны, которое позволяет государству после всего еще и какие-то социальные функции выполнять, поднимать (пусть не так быстро, как у чиновников и служащих госкомпаний) уровень жизни населения. Однако в 2013 году на всех богатства страны хватать перестало. А поскольку на себе экономить государственные и окологосударственные люди не привыкли и воровать они меньше не собираются, «меньше есть» (перефразируя известный анекдот) придется всем остальным. Что же до борьбы с коррупцией, то до тех пор, пока главным коррупционером в стране остается сельский учитель Илья Фарбер, всерьез обсуждать решимость властей побороть это явление, бессмысленно.

Так что к началу 2014 года в позитиве остается лишь несколько улучшившееся после освобождения части политзаключенных настроение. Улучшившееся не настолько сильно, чтобы забыть о тех, кто продолжает сидеть или только готовится отправиться в места заключения. Но и настроение, по крайней мере, в экономике — это не так уж и мало. Не даром же с таким тщанием замеряются настроения потребителей, инвесторов, топ-менеджеров. Вдруг в следующем году чудеса продолжатся, и такая эфемерная субстанция, как настроение, выльется во что-то более существенное.

Фото ИТАР-ТАСС/ Григорий Сысоев

 












  • Алексей Макаркин: россияне в целом адаптировались к новому, в основном «пониженному» уровню жизни. Кто-то нашел новую работу, но большинство затянули потуже пояса.

  • Андрей Солдатов, Ирина Бороган: 2017 был годом, когда стало окончательно ясно — старым правилам путинских спецслужб, выработанным в 2000-е, пришел конец.

  • Максим Блант: Децентрализация – это тенденция, которая выходит далеко за рамки интернета.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
2017 – год катастрофических побед
9 ЯНВАРЯ 2018 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
В 2017 году произошло сильное сокращение России как страны и как государства. Не в смысле территории, тут России по-прежнему очень много. И не в смысле численности популяции, тут убыль есть, но мизерная, всего по данным Росстата 0,001%. Страна и государство скукожились по сути своей. Уменьшился внутренний масштаб России. Поясню. У Толстого есть простая формула, позволяющая оценить масштаб человека с помощью дроби, в числителе которой то, что он собой представляет, а в знаменателе то, что он о себе думает. Если попробовать использовать нечто подобное для характеристики страны и государства, то в числителе будет сумма всего того, чего Россия достигла в экономике и политике, а в знаменателе то, что о себе страна говорит по телевизору, и то, что думает о России ее население.
Итоги года. Фейерверк над развалинами
8 ЯНВАРЯ 2018 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Нет сомнений, что Кремль намерен представить победу в сирийской пустыне в качестве главного события минувшего года. Ну нет у нас побед (невидимый рост экономики – не в счет). Так что нам еще предстоит услышать немало победных рапортов военных, жаждущих поощрения высшего начальства, и увидеть бесконечное количество салютов. Подозреваю, салюты будут греметь аккурат до момента, когда Путин утвердится на следующие шесть лет в качестве главного начальника страны.
Итоги года. Годы идут…
7 ЯНВАРЯ 2018 // АНТОН ОРЕХЪ
Годы идут… Очередной год позади не только у страны. С каждым прожитым годом, откровенно говоря, про страну как таковую начинаешь думать все меньше, а про себя и своих близких все больше… От семнадцатого года ждали всяких потрясений. Аналогии уж слишком явно напрашивались. Не просто сто лет революции к этому подталкивали, а все внутри и вокруг страны прозрачно намекало на катаклизмы. Но катаклизмов не случилось. И мы просто прожили еще один год в привычном уже болоте. И именно это чувство меня и огорчает.
Итоги года. Церковь в путах политтехнологии
7 ЯНВАРЯ 2018 // СВЕТЛАНА СОЛОДОВНИК
2017 год отличался небывалым накалом религиозных страстей. Начался он с суда над преподавателем йоги Дмитрием Угаем, обвиненным на основании «пакета Яровой» в незаконной миссионерской деятельности. Участники процесса сломали немало копий, пытаясь доказать — одни, — что никакой миссионерской деятельности не было, а другие — что была, была, это вам только кажется, что вас учат на голове стоять, а на самом деле — погружают в чуждую духовную практику. Угая, к счастью, от обвинений в миссионерстве освободили.
Итоги 2017: сошествие в Ад
6 ЯНВАРЯ 2018 // СЕРГЕЙ МИТРОФАНОВ
Мне трудно выделить итоги по пунктам: первое, второе, третье… Пожалуй, и не произошло ничего такого, что изменило бы заданную годы назад траекторию. Скорее все только усугубилось и ускорилось. Если речь идет о более-менее образованной и самостоятельно мыслящей прослойке, то мы — да, перестали смотреть телевизор. Как бытовой прибор он начисто выпал из обихода, накрыт черной тряпкой, чтобы из него ничего не выскакивало. Однако «паршивец», надо сказать, весьма успешно промыл мозги «широким слоям».
Год величия и апатии
6 ЯНВАРЯ 2018 // АЛЕКСЕЙ МАКАРКИН
В 2017 году электоральная поддержка россиянами Владимира Путина находилась на очень высоком уровне. По данным Левада-центра, в декабре 2017 года за него готовы проголосовать 61% от всех россиян и 75% от принявших решение идти на выборы. Это делает результат президентских выборов предрешенным. Находившиеся на втором-третьем местах Владимир Жириновский и Геннадий Зюганов, получили, соответственно, 8 и 6% от всех и 10 и 7% от желающих. Видимо, результаты опросов стали одним из основных факторов, заставивших лидера КПРФ отказаться от участия в выборах. Перспектива проигрыша Жириновскому стала реальной – а позволить себе таким образом завершить свою политическую карьеру Зюганов не мог.
Итоги года. Обретение альтернативы
5 ЯНВАРЯ 2018 // МАКСИМ БЛАНТ
Как бы парадоксально это ни прозвучало, но 2017 год стал для меня, уж простите за пафос, годом обретения надежды. Это абсолютно субъективное ощущение, имеющее, тем не менее, объективные основания. Скажу сразу: ни Навальный, ни Собчак, ни даже «оглушительная победа независимых кандидатов» на муниципальных выборах к этому никакого отношения не имеют. Скорее наоборот, все они существуют в той системе, которая доживает последние годы и в которой больше нет жизни.
Итоги года. Суровые годы проходят
5 ЯНВАРЯ 2018 // ЛЕОНИД ГОЗМАН
Есть такой анекдот. Хоронят еврея. Ребе просит кого-нибудь сказать добрые слова о покойном. Все молчат, он настаивает, говорит, что это обязательно. Тогда один из присутствующих поднимает руку: «Я скажу добрые слова. У покойного был брат. Он был еще хуже». Это я про ушедший год, кто не понял.  Это был год Трампа. Америка замерла в ужасе – что будет делать только что избранный президент? Прогнозы были самые апокалиптические. Оказалось, ужас, но не ужас-ужас. Оказалось, что созданная более двухсот лет назад политическая система способна купировать даже Трампа, хотя и не бесплатно – платить и Америка, и мир будут еще долго.
Итоги года. Спецслужбы: 2017
4 ЯНВАРЯ 2018 // АНДРЕЙ СОЛДАТОВ, ИРИНА БОРОГАН
2017 был годом, когда стало окончательно ясно — старым правилам путинских спецслужб, выработанным в 2000-е, пришел конец. Соперничество неподконтрольных силовых ведомств, превращенных в феодальные вотчины своими руководителями, и такая же средневековая идея «нового дворянства» как российской элиты – все это перестало быть актуальным. В 2017 году Путин окончательно перестал играть с этим постмодернистским проектом (да и само словосочетание «новое дворянство» вышло из употребления) и решил вернуться к схеме, которую он хорошо помнит по временам своей молодости – схеме работы позднесоветского КГБ.
Прямая речь
3 ЯНВАРЯ 2018
Алексей Макаркин: россияне в целом адаптировались к новому, в основном «пониженному» уровню жизни. Кто-то нашел новую работу, но большинство затянули потуже пояса.